Итоговое саммари Петербургского международного экономического форума — 2026
По итогам Петербургского международного экономического форума 2026 года ключевой смысл, пронизывающий все блоки программы, — окончательный и бесповоротный переход от однополярной модели глобального устройства к многополярности, где центр экономической и политической тяжести сместился в сторону стран глобального большинства.
Пленарное заседание с участием лидеров России, Узбекистана, Танзании и представителя Китая зафиксировало этот сдвиг цифрами: страны БРИКС сегодня обеспечивают 49% ежегодного прироста мирового ВВП и 40% мирового ВВП по паритету покупательной способности, тогда как доля G7 сокращается. На этом фоне формируется новая архитектура глобальной экономики, основанная не на декларациях, а на прагматичном диалоге.
В бизнес-диалогах были зафиксированы рекордные товарообороты России с Китаем (устойчиво выше 200 млрд долларов), Индией, странами Африки и Ближнего Востока. Качественный сдвиг заключается в переходе от простой торговли к промышленной кооперации, совместным производствам и формированию независимой финансовой инфраструктуры — расчёты в национальных валютах уже достигают 98% в российско-индийской торговле.
При этом участники констатировали, что мировая торговля всё чаще строится по принципам силы, а не права, а климатическое регулирование превращается в инструмент сквозного контроля над цепочками создания стоимости. На этом фоне Северный морской путь становится не просто логистическим коридором, а стратегическим приоритетом, обеспечив рекордный грузооборот в 37 млн тонн в 2025 году.
Вторая магистральная линия форума — осознание того, что российская экономика исчерпала прежнюю адаптационную модель роста 2023–2024 годов, основанную на импортозамещении и мобилизации ресурсов.
Прогноз роста ВВП на текущий год пересмотрен до 0,4%, ликвидные активы ФНБ сократились до 1,3% ВВП, а консолидированный дефицит региональных бюджетов достиг 1,5 трлн рублей, причём 73 субъекта закрылись с дефицитом. Главный вызов — необходимость формирования новой модели, опирающейся на рост производительности труда, долгосрочные источники финансирования и развитие институтов защиты частной инициативы.
В социальной сфере ключевым ограничителем признан кадровый дефицит: прогнозная потребность экономики к 2032 году составляет 12 млн человек, при этом уже сегодня на одного соискателя в Центральной России приходится до девяти рабочих мест.
Ответом становится переход к системной кадровой политике — от школьного образования через СПО до целевого обучения на предприятиях, а также демографические меры, включая корпоративный «золотой стандарт» (выплата 1 млн рублей за рождение ребёнка), который добровольно приняли более 150 предприятий.
В здравоохранении зафиксирован экономический сдвиг: профилактический подход, включая диспансеризацию 100 млн человек в 2025 году, даёт до 7 рублей отдачи на каждый вложенный рубль, а искусственный интеллект уже обработал 17 млн медицинских изображений, став рабочим инструментом, а не перспективой.
Третий сквозной смысл — технологический суверенитет как необходимое условие для сохранения субъектности в новой мировой системе. На форуме констатировали, что Россия входит в число примерно десяти стран мира, обладающих собственными суверенными моделями искусственного интеллекта (как «ГигаЧат»), хотя отстаёт от лидеров на 6–9 месяцев по ключевым бенчмаркам.
Прогнозируемый вклад ИИ в ВВП России к 2030 году превышает 11,2 трлн рублей, однако главным ограничителем становится не сама технология, а энергетическая инфраструктура: к 2030 году потребность в мощностях для дата-центров вырастет до 4,3 ГВт, что потребует инвестиций около 10 трлн рублей. При этом развитие ИИ сопряжено с новыми вызовами: число дипфейков в России за полтора года выросло в 26 раз, а ущерб от кибермошенничества составил 195 млрд рублей в год, из которых возвращается менее 1%.
В блоке «Урбан Хаб» было заявлено, что главным нераскрытым ресурсом современных городов остаются единые данные — ни один российский город пока не интегрировал информацию от девелоперов, транспортных компаний и городских служб в полной мере. Применение же ИИ в этой сфере даёт измеримый эффект: сокращение обработки договора купли-продажи с четырёх часов до менее чем десяти минут.
Таким образом, итоги ПМЭФ-2026 рисуют картину мира, где многополярность стала данностью, экономический рост требует новой модели, а технологический суверенитет превращается из амбиции в вопрос выживания — и все эти три процесса должны быть синхронизированы на уровне государственной политики, бизнес-стратегий и социальных инвестиций.
