Ближневосточный кризис нефтяной экспорт: ОПЕК и Китай

Ближневосточный кризис нефтяной экспорт становится главной темой энергетического диалога. Двадцать третьего сентября в Пекине прошла встреча высокого уровня в формате Энергетического диалога ОПЕК – Китай. Это была уже восьмая по счёту сессия. С китайской стороны мероприятие возглавил руководитель Государственного энергетического управления КНР Ван Хунчжи, с стороны картеля — генеральный секретарь ОПЕК Хайсам аль-Гайс. Главными темами обсуждения стали стабильность нефтяного рынка, энергетическая безопасность и инвестиции.

ОПЕК опубликовала доклад «Перспективы развития мировой нефтяной отрасли – 2026». Согласно ему, Китай останется одним из ключевых драйверов роста спроса на нефть до 2050 года. Ван Хунчжи подчеркнул, что трансформация мировой энергетики делает диалог между производителями и потребителями нефти всё более значимым. Пекин, по его словам, намерен углублять сотрудничество с ОПЕК и её участниками для совместного решения глобальных энергетических проблем и поддержания устойчивого развития рынков.

Аль-Гайс, в свою очередь, отметил, что Энергетический диалог ОПЕК – Китай стал стабильным механизмом взаимодействия. Прежде всего это касается баланса спроса и предложения. По его словам, связи развивались параллельно с экономической трансформацией Китая. Страны картеля содействовали развитию КНР, поставляя доступные и надёжные энергоресурсы. Стороны договорились расширять взаимодействие как на техническом, так и на высоком уровне.

Ближневосточный кризис нефтяной экспорт: тревоги Пекина

За официальными формулировками стоит обеспокоенность Китая. Она касается состояния международных энергетических рынков и маршрутов поставок. По данным Reuters, Эр-Рияд обратился к Пекину с просьбой. Китай, в свою очередь, попросил Тегеран использовать своё влияние на хуситов. Цель — не допустить распространения конфликта на энергетические маршруты, важные для Китая.

Перебои судоходства через Баб-эль-Мандебский пролив усугубляют ормузский» кризис. Это кардинально меняет маршруты поставок энергоресурсов как на Запад, так и на Восток. К этому добавляются проблемы на саудовском нефтепроводе «Восток – Запад», ведущем к порту Янбо на Красном море. В результате возрастает значение альтернативных маршрутов и альтернативных поставщиков. Эта тенденция уже проявляется в нескольких аспектах.

Ближневосточный кризис нефтяной экспорт: новые поставщики

Прежде всего, речь идёт о странах, не связанных с аравийскими трубопроводами: Ливии, Алжире, Судане, Южном Судане и отчасти Ираке, который наращивает поставки через порты Сирии (Банияс, Тартус) и Турции (Джейхан).

Ливия наращивает экспорт

По данным профильных источников, к началу 2027 года экспорт ливийской нефти вырастет. Вероятнее всего, он увеличится минимум на четверть по сравнению со вторым кварталом текущего года. Совокупные доходы территорий бывшей Джамахирии от экспорта энергоресурсов в первом полугодии достигли 15,234 млрд долларов. Это на 11,5% больше запланированного уровня в 13,985 млрд.

Ливия входит в ОПЕК, но не участвует в ОПЕК+, продолжая наращивать добычу преимущественно на экспорт. В среднем здесь добывается почти 1,4 млн баррелей в сутки. Нефть поставляется в большинство стран Южной Европы, Турцию, а также в Бельгию и Францию. В освоении новых и восстановлении прежних месторождений задействовано 12 компаний из США, Франции и Италии.

С середины года Египет перенаправил закупки на Ливию из-за перебоев поставок из стран Персидского залива. Сейчас Ливия направляет до 1 млн баррелей ежемесячно в Египет — танкерами и по железной дороге. Стороны дорабатывают проект трансграничного нефтепровода. Его протяжённость — около 1,16 тыс. км, мощность — до 1,2 млн баррелей в месяц. Стоимость проекта, который готовы поддержать итальянские и французские компании, оценивается более чем в 1 млрд долларов.

Судан и Южный Судан

Растёт добыча, также преимущественно экспортная, и в Судане, и в Южном Судане, входящих в ОПЕК+. Основная нефтегазовая структура Южного Судана — полугосударственная компания Dar Petroleum Operating. К концу 2025 года она добывала 97 тыс. баррелей в сутки, а сейчас нарастила показатель почти до 140 тыс. Другая местная компания, Другая местная компания, Greater Pioneer Operating Co., достигла 40 тыс. баррелей в сутки. К концу года она должна выйти на 50–55 тыс. Sudd Petroleum Operating Co. увеличила добычу с 13 тыс. до почти 15 тыс. баррелей в сутки.

Около 70% добываемых энергоресурсов идёт на экспорт. Почти всё — по Транссуданскому нефтепроводу протяжённостью свыше 1300 км к Порт-Судану на Красном море, откуда нефть следует через Суэцкий канал. В капитале этого нефтепровода присутствуют доли китайских CNPC, Sinopec и малайзийской Petronas.

Судан, участвующий в ОПЕК с 2016 года, также сравнительно быстро наращивает добычу, несмотря на сложную внутриполитическую ситуацию. Хартум намерен увеличить добычу до 180–200 тыс. баррелей в сутки к началу 2027 года. Об этом сообщил министр энергетики и нефтяной промышленности страны Ибрагим Эльмутасим на полях Российской энергетической недели в Москве. Почти 75% этой добычи — экспортная. До трети нефтедобычи в рамках концессионных контрактов приходится на китайские компании, а также на индийскую ONGC и малайзийскую Petronas.

Экспорт суданской нефти через Суэц за март – август возрос почти на 20%. До середины текущего года основными покупателями оставались некоторые страны Ближнего Востока (45%) и государства Азии (39%). То есть поставки шли через Баб-эль-Мандебский пролив. На территории бывшего единого Судана подтверждено около 30 крупных месторождений, включая не менее 16 в приграничных северных районах Южного Судана. Крупнейшее из них, Адар-Йель, содержит до 50 млн кубометров нефтегазового сырья. В октябре 2022 года Хартум и Джуба договорились о совместной добыче в спорных и приграничных районах, которая начала разворачиваться лишь примерно через три года. Освоение этих ресурсов повысит совокупный нефтяной экспорт с территории бывшего единого Судана как минимум на треть.

Алжир и Ирак

С мая Алжир, наряду с семью другими членами ОПЕК+, решил увеличить добычу. Речь идёт о 206 000 баррелей в сутки для экспорта, прежде всего в страны Южной Европы. Цель — восполнить глобальный дефицит предложения на фоне политической нестабильности на Ближнем Востоке.

Ирак также намерен расширить и диверсифицировать маршруты экспорта нефти, в основном за счёт поставок в Европу через Средиземное море. Об этом заявил премьер-министр Али аль-Зайди на совместной пресс-конференции с канцлером Фридрихом Мерцем в Берлине. Загрузка экспортных нефтепроводов к портам Сирии (Тартус, Банияс) и Турции (Джейхан) увеличивается с весны. По словам главы правительства, «Ирак не может оставаться заложником одного коридора», имея в виду Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы. Он считает, что Ирак способен вдвое увеличить экспорт нефти через Средиземное море. Это позволит снабжать Европу и США. Заявлено о планах нарастить добычу до рекордных 10 млн баррелей в сутки.

Аль-Зайди также сообщил, что Багдад и Берлин рассчитывают достичь договорённости о долгосрочном экспорте иракской нефти через Средиземное море. Ирак, в свою очередь, намерен закупать немецкие технологии и оборудование. Высказываются мнения о возможном возобновлении работы Трансаравийского нефтепровода. Он идёт от Аль-Кайсума до ливанского порта Сидон и был построен во второй половине 1940-х годов.

Прогнозы: дефицит или стабилизация?

Вопрос о том, смягчит ли всё это надвигающийся глобальный топливный кризис, остаётся открытым. Согласно недавнему прогнозу Международного энергетического агентства, поставки нефти в 2026 году сократятся на 5,7 млн баррелей в сутки — около 6% глобального объёма. В августе запасы уже сократились на 3,1 млн баррелей в сутки, а полное восстановление поставок из Персидского залива откладывается до 2027 года.

Для России как полноправного участника ОПЕК переформатирование мировых энергетических рынков открывает новые возможности, но и таит немалые риски, обусловленные враждебной политикой западных кругов и диверсионно-террористической деятельностью киевского режима. Контроль за Баб-эль-Мандебским проливом стал возможен ввиду захвата хуситами сопредельных островов на крайнем юге Красного моря — Перим и Камаран. Вопреки давним требованиям Северного Йемена об их деоккупации, они удерживались Великобританией до середины 1960-х годов. Таким образом, Лондон контролировал весь маршрут через Красное море, включая эти острова и (до 1956 года) Судан и Суэцкий канал. Примыкающий же Южный Йемен («колония Аден») оставался британским до первой половины 1960-х годов.